Саундтрек «Одиссеи» Нолана: как звучит бронзовый век без единого скрипичного смычка
Кристофер Нолан всегда славился своим перфекционизмом в работе со звуком, но саундтрек к его новой эпической картине «Одиссея» (2026) стал настоящей революцией. Композитор Людвиг Йоранссон, трижды лауреат премии «Оскар», получил от режиссера строгое и парадоксальное указание: полностью отказаться от симфонического оркестра.
Вместо струнных и духовых инструментов звукорежиссеры отправились на поиски звучания настоящего Бронзового века. Вот несколько фактов о том, из чего соткана звуковая ткань фильма:
* 35 бронзовых гонгов. Это сердце партитуры. Йоранссон арендовал коллекцию гигантских гонгов разных размеров и начал экспериментировать. По ним били не только специальными колотушками, но и всем, что попадалось под руку — металлическими прутьями, деревянными брусьями и даже камнями. Именно этот гулкий, первобытный металл задает ритм морским штормам и битвам.
* Реконструированная лира и авлос. Чтобы добавить музыке аутентичности, были воссозданы инструменты времен Гомера. Греческий музыковед Роза Фрагорапти исполнила партии на семиструнной лире, а английский музыкант Каллум Армстронг сыграл на авлосе — древнем духовом инструменте с резким, почти гобойным тембром, который часто ошибочно принимают за флейту.
* Албанское изополифоническое пение. Хоровые фрагменты записывались в Албании. Йоранссон использовал уникальный стиль многоголосного народного пения, признанный ЮНЕСКО шедевром устного наследия человечества. Этот тревожный, диссонирующий вокал сопровождает сцены скитаний Одиссея по загробному миру. Из-за жесткого графика местных пастухов запись пришлось заканчивать ровно в 18:00, чтобы музыканты успели проснуться в четыре утра для выгона овец.
* Трэвис Скотт как античный бард. Идею использовать хип-хоп подсказала сама структура гомеровского эпоса — истории передавались из уст в уста, ритмично и напевно. Трэвис Скотт не просто написал часть музыки, но и появился в фильме в роли поэта Фемия, развлекающего женихов Пенелопы декламацией стихов о Троянской войне прямо перед измученными солдатами Итаки.
* Песня-признание «When I'm Home». Главная музыкальная тема картины звучит на финальных титрах. Пятиминутный трек объединяет голос Джеймса Блейка, читку Трэвиса Скотта, вокализ самого Йоранссона и текст, написанный Кристофером Ноланом. Композиция строится на контрасте современного трэп-битов и древних гармоний, идеально отражая тему ПТСР у древнего воина, который пытается вернуться к нормальной жизни после десятилетий войны.
* Звук стен и металла. Помимо традиционных музыкальных инструментов, команда искала необычные источники звука. Для создания индустриального, режущего слух фона Йоранссон буквально бил по стенам, металлическим листам и различным поверхностям вокруг себя, превращая физический шум в часть оркестровки.
Результат получился гипнотическим. В саундтреке нет ни одной комфортной голливудской мелодии. Музыка то возвышенная и молитвенная, то режуще-индустриальная, она придает масштабному фильму объем и ощущение подлинного, опасного приключения, где каждый звук может оказаться последним. За эту работу Людвигу Йоранссу пророчат очередной «Оскар».
Как думаете? 🎶 🎯
#новостикино
#одиссея
Кристофер Нолан всегда славился своим перфекционизмом в работе со звуком, но саундтрек к его новой эпической картине «Одиссея» (2026) стал настоящей революцией. Композитор Людвиг Йоранссон, трижды лауреат премии «Оскар», получил от режиссера строгое и парадоксальное указание: полностью отказаться от симфонического оркестра.
Вместо струнных и духовых инструментов звукорежиссеры отправились на поиски звучания настоящего Бронзового века. Вот несколько фактов о том, из чего соткана звуковая ткань фильма:
* 35 бронзовых гонгов. Это сердце партитуры. Йоранссон арендовал коллекцию гигантских гонгов разных размеров и начал экспериментировать. По ним били не только специальными колотушками, но и всем, что попадалось под руку — металлическими прутьями, деревянными брусьями и даже камнями. Именно этот гулкий, первобытный металл задает ритм морским штормам и битвам.
* Реконструированная лира и авлос. Чтобы добавить музыке аутентичности, были воссозданы инструменты времен Гомера. Греческий музыковед Роза Фрагорапти исполнила партии на семиструнной лире, а английский музыкант Каллум Армстронг сыграл на авлосе — древнем духовом инструменте с резким, почти гобойным тембром, который часто ошибочно принимают за флейту.
* Албанское изополифоническое пение. Хоровые фрагменты записывались в Албании. Йоранссон использовал уникальный стиль многоголосного народного пения, признанный ЮНЕСКО шедевром устного наследия человечества. Этот тревожный, диссонирующий вокал сопровождает сцены скитаний Одиссея по загробному миру. Из-за жесткого графика местных пастухов запись пришлось заканчивать ровно в 18:00, чтобы музыканты успели проснуться в четыре утра для выгона овец.
* Трэвис Скотт как античный бард. Идею использовать хип-хоп подсказала сама структура гомеровского эпоса — истории передавались из уст в уста, ритмично и напевно. Трэвис Скотт не просто написал часть музыки, но и появился в фильме в роли поэта Фемия, развлекающего женихов Пенелопы декламацией стихов о Троянской войне прямо перед измученными солдатами Итаки.
* Песня-признание «When I'm Home». Главная музыкальная тема картины звучит на финальных титрах. Пятиминутный трек объединяет голос Джеймса Блейка, читку Трэвиса Скотта, вокализ самого Йоранссона и текст, написанный Кристофером Ноланом. Композиция строится на контрасте современного трэп-битов и древних гармоний, идеально отражая тему ПТСР у древнего воина, который пытается вернуться к нормальной жизни после десятилетий войны.
* Звук стен и металла. Помимо традиционных музыкальных инструментов, команда искала необычные источники звука. Для создания индустриального, режущего слух фона Йоранссон буквально бил по стенам, металлическим листам и различным поверхностям вокруг себя, превращая физический шум в часть оркестровки.
Результат получился гипнотическим. В саундтреке нет ни одной комфортной голливудской мелодии. Музыка то возвышенная и молитвенная, то режуще-индустриальная, она придает масштабному фильму объем и ощущение подлинного, опасного приключения, где каждый звук может оказаться последним. За эту работу Людвигу Йоранссу пророчат очередной «Оскар».
Как думаете? 🎶 🎯
#новостикино
#одиссея